uac-liberty.ru

Рождение Руси (Рыбаков Борис Александрович)

Рождение государственности было очень длительным многовековым процессом, но когда государство возникло, оно сразу стало предметом внимания во всем средневековом Старом Свете — от королевских домов Франции и Англии на Западе, до купеческих контор Багдада и Балха на Востоке. Русские летописцы, вводя своих читателей в историю славянства, раскрывали перед ними тоже весь Старый Свет — от Британии до Индонезии и Китая, щеголяя своими знаниями. Рыбаков Борис Александрович Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. Происхождение Руси и становление ее государственности Жанр: Борис Александрович Рыбаков Мир истории. Дионисий Галикарнасский После полувековых разрушительных греко-персидских воин, во время которых многотысячные армии азиатской деспотии многократно вторгались в богатые греческие земли, в Афинах, в главном городе победителей, отстоявших свободу Эллады, ощущался большой национальный подъем. Летописцы писали хроники происходивших на их глазах событий, редко углубляясь в прошлое. Они фиксировали сегодняшний день своей земли, заботясь о том, чтобы потомки сдали о важных событиях их героях. Славянский мир Нестор преподносил читателю как совокупность больших племенных союзов Поляне, Радимичи, Чехи, Ляхи, Поморяне и др. Что думают ученые о "Велесовой книге". Киевская Русь и русские княжества XII -XIII вв. Один из самых влиятельных деятелей советской историографии. Родился в русской старообрядческой семье. Получил хорошее домашнее образование, в году в возрасте девяти лет был отдан в частную гимназию. Рыбакова были академик Ю. Готьепрофессора С. Работал в Александровском краеведческом музее и Архиве Октябрьской революции в Москве, затем в течение полугода служил курсантом в Красной Армиив артиллерийском полку 1-й дивизии в Москве офицер конной разведки. В году стал старшим научным сотрудником ГИМ. Заведовал отделом раннего феодализма ГИМ — и сектором в Институте этнографии — В х годах руководил археологической практикой на историческом факультете МОПИ ныне МГОУ. В году вступил в ВКП б. Память простого народа, сохранившего в устной передаче почти до наших дней былины о важнейших делах Киевской Руси, является для нас мудрым наказом изучать это славное эпическое прошлое нашей Родины во всей полноте и многообразии доступных нам исторических источников. Самая большая электронная читалка рунета. К вопросу об образовании ядра русской народности. Русское народное поэтическое творчество. Святослав принимает побежденных вятичей. Если Ладожанин знал варяжский именослов, то он мог сделать вывод о том, что "русский род" есть варяжский род. Но дело в том, что во всем тексте договора слово "русский" означает русского человека вообще, русских князей, русские города, граждан государства Руси, а само слово "род" означало "народ" в широком смысле слова.

Текст договора — прекрасная иллюстрация к рассказу о том, что, попав в Киев, варяги "оттоле" стали называться русью, став подданными государства Руси. К моменту заключения договора с императорами Львом и Александром от появления варягов в Киеве прошло три десятка лет. Следует сделать одну оговорку — Ладожанин нигде не говорит о власти варягов над славянами; он только утверждает, что славяне получили свое имя от придуманных им варягов-руси. Это не столько историческая концепция, сколько попутные этнонимические замечания, не являвшиеся странными в XII веке для той среды, где варяги-шведы были и торговыми соседями, и частью княжеского придворного окружения двор княгини Христиныи некоторой частью жителей города. Утверждать на основании единственной фразы правда, повторяемой как рефрен "от варяг прозвася Русская земля", что норманны явились создателями Киевской Руси, можно было только тогда, когда история еще не стала наукой, а находилась на одном уровне с алхимией.

рыбаков борис александрович киевская русь

Появление норманнов на краю "безлюдных пустынь Севера" отражено еще одним русским источником, очень поздно попавшим в поле зрения историков. Это записи в Никоновской летописи XVI века о годах, отсутствующие в других известных нам летописях, в том числе и в "Повести временных лет" в дошедших до нас редакциях и годов. Записи эти перемешаны с выписками из русских и византийских источников, несколько подправлены по языку, но сохранили все же старое правописание, отличающееся от правописания самих историков XVI века, составлявших Никоновскую летопись. Дополнительно сведения за годы можно было бы счесть за вымысел московских историков XVI века, но против этого предостерегает отрывочный характер записей, наличие мелких несущественных деталей например, смерть сына князя Осколда и полное отсутствие какой бы то ни было идеи, могущей, с точки зрения составителей, придать смысл этим записям. Более того, записи о Рюрике противоречили своим антиваряжским тоном как соседним статьям, почерпнутым из "Повести временных лет" годтак и общей династической тенденции XVI века, считавшей Рюрика прямым предком московского царя. Что же касается допущения о вымысле этих записей, то и в этом отношении они резко выпадают из стиля эпохи Грозного. В XVI веке придумывали много, но придумывали целые композиции, украшенные "сплетением словес".

Рождение Руси

С точки зрения литераторов XVI века, отдельные разрозненные фактологические справки не представляли ценности. Хронология в этих дополнительных записях очень сложна, запутанна и отличается от хронологии "Повести временных лет". Она расшифровывается только после анализа византийского летосчисления IX-X веков и сопоставления с точно известными нам событиями. Представляет большой интерес то, что записи Никоновской летописи восполняют пробелы в "Повести временных лет", где между событиями первых датированных годов существуют значительные интервалы. Варяги берут дань с чуди, словен, мери, веси и кривичей. Северные племена изгнали варягов. Рюрик обосновался в Ладоге редакция годаа через два года в Новгороде. Рюрик раздает города своим мужам: Двое "бояр" рюриковых — Асколд и Дир — отправились в Киев и стали там княжить.

рыбаков борис александрович киевская русь

Начаша сами себе владети и городы ставити. И не бе в них правды и возста род на род и рати и пленения и кровопролитна безпрестани. И по сем събравъшеся реша к себе: Поищем и уставим такового или от нас или от Козар или от Полян или от Дунайчев или от Варяг". И бысть о сем молва велия — овем сего, овем другаго хотящем. Та же сове-щавшеся, послаша в Варяги". Того же лета уби Рюрик Вадима Храброго иных многих изби новгородцев съветников его". Того же лета избежа-ша от Рюрика из Новагорода в Киев много нового-родцких мужей". Приведенные отрывочные записи, не составляющие в Никоновской летописи компактного целого, но разбавленные самыми различными выписками из Хронографа года и других источников, представляют в своей совокупности несомненный интерес. Те события, которые в "Повести временных лет" очень искусственно сгруппированы под одним годом, здесь даны с разбивкой по годам, заполняя тот пустой интервал, который существует в "Повести" между и годами. Абсолютная датировка сопоставимых событий в этих двух источниках не совпадает и вообще не может считаться окончательнойно относительная датировка соблюдается.

Рыбаков Борис Александрович

Так, в "Повести" говорится о прибытии Рюрика первоначально не в Новгород, а в Ладогу; пишет это Ладожанин, посетивший Ладогу за четыре года до редактирования им летописи, очевидно, с опорой на какие-то местные предания. В Новгороде же Рюрик оказался "по дъвою же лету" через два года. Главное отличие "Повести временных лет" 2-я и 3-я редакции от никоновских записей заключается в различии точек зрения на события. Сильвестр и Ладожанин излагали дело с точки зрения варягов: Автор записей, попавших в Никоновскую летопись, смотрит на события с точки зрения Киева и Киевской Руси как уже существующего государства. Где-то на крайнем славяно-финском севере появляются "наход-ники" — варяги. Соединенными силами северные племена заставили норманнов уйти к себе за море, а затем после усобицы начали обдумывать свой новый государственный порядок, предполагая поставить единого князя во главе образовавшегося союза племен.

Названы и варианты приглашения князя со стороны; на первом месте Хазарский каганат, мощная кочевая держава прикаспийских степей. На втором месте поляне, то есть Киевская Русь. На третьем месте "ду-найцы" — загадочное, но чрезвычайно интересное понятие, географически связанное с низовьями и гирлами Дуная, вплоть до конца XIV века числившимися в исторических припоминаниях русскими. И на самом последнем месте варяги, к которым и направили посольство. Призвание шведского конунга объяснялось, надо думать, тем, что варяги и без приглашения, но с оружием появлялись в этих северных местах. Призвание варяга речь шла об одном князе было, очевидно, обусловлено принципом откупа "мира деля". Мы не знаем, какова была действительность, но тенденция здесь резко расходится с той, которую проводили летописцы Мономаха, считавшие варягов единственными претендентами на княжеское место в союзе северных племен. Тенденцию эту можно определить как прокиевскую, так как первой страной, куда предполагалось послать за князем, было киевское княжество полян. Дальнейший текст убеждает в этом, так как все дополнительные записи посвящены деятельности киевских князей Асколда и Дира. В "Повести временных лет" Асколд и Дир представлены читателю как варяги, бояре Рюрика, отпросившиеся у него в поход на Константинополь и будто бы попутно овладевшие полянской землей и Киевом. Шахматовым давно показано, что версия о варяжском происхождении Асколда и Дира неверна и что этих киевских князей IX века следует считать потомками Кия, последними представителями местной киевской династии. Польский историк Ян Длугош умер в годухорошо знавший русские летописи, писал об Асколде и Дире:. Научный анализ искаженных редактированием летописей, произведенный Шахматовым без привлечения текста Длугоша, и выписка сандомирского историка из неизвестной нам русской летописи в равной мере свидетельствуют об одной летописной традиции считать этих князей, убитых варягами, последними звеньями династической цепи Киевичей. Аскольда византийский император Василий I называл "прегордым Каганом северных скифов".

Имя этого "кагана" титул, равный императорскому Ладожанин дает в форме "Асколдъ", а Никоновская летопись в своих уникальных записях — "Осколд" "О князи Рустем Осколде". В качестве недоказуемого предположения можно высказать мысль, что имя этого туземного князя, княжившего в Среднем Поднепровье, могло сохранить древнюю праславянскую форму, восходящую к геро-дотовским сколотам, "названным так по своему царю". В топонимике имя сколотое сохранилось до наших дней в названии двух крайних, пограничных для сколотов рек: Оскол на самом краю праславянской земли и Ворскла, пограничная праславянская река, отделявшая их от номадов. В XII веке название реки писалось "Воръсколъ", что очень хорошо этимологизируется "воръ" — "ограда" как "ограда сколотов". Было бы очень интересно, если бы при дальнейшем анализе подтвердилась связь имени Осколда с архаичными сколотами. Личность князя Дира нам неясна.

Читать онлайн "Киевская Русь и русские княжества XII -XIII вв." автора Рыбаков Борис Александрович - RuLit - Страница 51

Чувствуется, что его имя искусственно присоединено к Осколду, так как при описании их якобы совместных действий грамматическая форма дает нам единственное, а не двойственное или множественное число, как следовало бы при описании совместных действий двух лиц. Киевская Русь князя Осколда е годы обрисована как государство, имеющее сложные внешнеполитические задачи. Киевская Русь организует походы на Византию.

  • Ловля щуки самодельными блеснами
  • Большой магазин лодок пвх в москве
  • Купить сумку для рыбалки минск
  • Воблер синкинг
  • Они нам хорошо известны как по русским, так и по византийским источникам годов. Важной задачей Киевской Руси была оборона широкой тысячеверстной степной фаницы от различных воинственных народов: И никоновские записи сообщают о войнах Киева с этими кочевниками. О войне с болгарами, под которыми следует подразумевать "черных болгар" русской летописи, названных восточными авторами внутренними болгарами, мы ничего не знаем из русских летописей. Эти тюрко-болгары, кочевники, занимали огромное пространство вдоль всей южной фаницы Руси. По словам Персидского Анонима, это "народ храбрый, воинственный, внушающий ужас… он обладает овцами, оружием и военным снаряжением". Первое упоминание в никоновских записях имени Осколда связано с этим воинственным народом: Война с болгарами, о которой молчат русские источники, могла бы быть поставлена под сомнение, но ее удостоверяет тот же Персидский Аноним: Свидетельство никоновской записи года подтвердилось. Историки XVI века сообщили сведения, которые стали известны науке лишь в самом конце XIX века. В году князь Осколд "избиша множество печенег". Печенеги в это время уже начали движение из Приазовья на запад, вслед за ушедшими к Карпатам мадьярами.

    рыбаков борис александрович киевская русь

    Войны приднепровских славян с кочевниками в данном случае с болгарами и печенегами были давней и важной функцией как Русского союза племен в VI-VII веках, так и государства Руси в IX веке. Последняя четверть IX века прибавила еще одну заботу Киевскому государству: Никоновские записи, несмотря на их предельную лаконичность, рисуют нам три группы интересных событий: Имя Вадима возбуждает некоторые сомнения, но факт антиваряжских выступлений заслуживает доверия, так как у него уже был прецедент — изгнание варягов за море. Третья группа событий наиболее интересна. Киевская Русь организует отпор варягам на северных окраинах своих владений. Под одним годом поставлены: Вероятно, с этим связана и война Киева против кривичей, упоминаемая В. Татищевым под годом "Ходи же Осколд и на Кривичи и тех победи". Полочане уже входили ранее в состав Руси, и война с ними после принятия ими Рюрикова мужа была продиктована стремлением Киева вернуть свои владения на Западной Двине. Война с союзом кривичей была обусловлена стратегической важностью Смоленска, стоявшего на том месте, где начинались волоки из Днепра в Ловать. Это была война за Днепр, за то, чтобы путь "из Грек в Варяги" не стал путем из варяг в греки. Стратегическая задача киевских князей состояла в том чтобы воспрепятствовать по мере сил проникновению заморских "находников" на юг или, по крайней мере, взять их движение под контроль Киева, давнего хозяина Днепра. Обезопасить себя от вторжения варяжских отрядов можно было, только поставив прочные военные заставы на важнейших путях.

    рыбаков борис александрович киевская русь

    Первой такой заставой у Руси был до прихода Рюрика Полоцк, перекрывавший Двину; второй мог быть Смоленск, запиравший самое начало днепровского пути. Такой заставой было, по всей вероятности, Гнездовское городище с огромным могильником, возникшее в IX веке. Третьей заставой, запиравшей на севере подход к Смоленску и Днепру, могла быть Руса Старая Руса на южном берегу озера Ильмень подле устья Ловати, вытекавшей из смоленских краев. Само название города — Руса — могло быть связано с исконной Русью. Связь Русы с киевским князем, его личным доменом, хорошо прослеживается по позднейшим договорам Новгорода с князьями. Четвертой и самой важной заставой был, несомненно, Новгород, построенный или самими словенами во время войны с варягами, или киевским князем как крепостица, запиравшая варягам вход в Ильмень, то есть на оба трансъевропейских пути: Новгород в своей дальнейшей истории довольно долго рассматривался Киевом как младший город, княжеский домен, удел старших сыновей киевских князей. По всей вероятности, дополнение к перечню славянских народов в составе государства Руси "се бо токмо словенеск язык в Руси…"сделанное не в форме имени племенного союза "поляне", "дреговичи" и др. К этому кругу событий следует относить и замечание, сохраненное в варианте Сильвестра: Постройка Новгорода варягами редакция года исключена, так как у скандинавов было иное название для этого города, совершенно неизвестное на Руси. Опорой норманнов была только Ладога, куда ушел после удачного похода Олег. Никоновские записи ценны тем, что в отличие от "Повести временных лет", искаженной норманнистами начала XII века, они рисуют нам Русь в согласии с уцелевшими фрагментами текста Нестора как большое, давно существующее государство, ведшее активную внешнюю политику и по отношению к степи, и к богатой Византии, и к далеким северным "находни-кам", которые были вынуждены объезжать владения Руси стороной, по обходному Волжскому пути. В промежуточных пунктах между Ладожским озером и Киевом были такие заслоны, как Новгород, Руса и Гнездо-во-Смоленск; пройти через них могли только отдельные торговые ватаги или отряды специально нанятых на киевскую службу варягов. В Смоленске и на Верхней Волге археологи находят варяжские погребения, но эти варяги на проездных торговых путях не имеют никакого отношения к строительству русского государства, уже существовавшего и уже проложившего свои маршруты далеко в глубь Азии. Можно думать, что именно эти связи и привлекли норманнов в просторы Восточной Европы. Появлялись варяги и в Киеве, но почти всегда как наемная армия, буйная, скандальная это мы знаем по Древнейшей Русской Правде и зверски жестокая с побежденными. Киев был надежно защищен сухопутными волоками и своими заставами от неожиданного вторжения больших масс варягов, подобных флотилиям у западноевропейских берегов. Только одному конунгу Олегу удалось обмануть бдительность горожан и, выдав свой отряд за купеческий караван, захватить власть в Киеве, истребив династию Киевичей.

    Благодаря тому что он стал во главе огромного соединенного войска почти всех славянских племен большая часть их давно уже входила в состав РусиОлегу удалось совершить удачные походы на Царьград, документированные договорами и годов. Но в русской летописи Олег присутствует не столько в качестве исторического деятеля, сколько в виде литературного героя, образ которого искусственно слеплен из припоминаний и варяжских саг о нем. Статьи эти были совершенно справедливо охарактеризованы М. Происхождение Поднепровской Руси он удревнил на много столетий, возведя ее к геродотовым сколотам вопреки самому Геродоту. Во втором случае Рыбаков связал летописных Аскольда и Дира с мифическим Кием и, придумав династию Киевичей с. В такое противоречие Рыбаков попал именно из-за желания сделать личность Кия исторической, жившей в определенное время и основавшей туземную династию, существовавшую, по его словам, еще в IX веке. Тем самым академик по своему методологическому подходу оказался на уровне Яна Длугоша! И все это для того, чтобы развенчать мифический норманизм, якобы и ныне подрывающий устои нашей исторической науки. Но ведь в такие мифы о Кие и его потомках не верил ни один серьезный русский историк. Клейн, "Воскрешение Перуна", в сети доступно по ссылке http: Это позволило властям советской Украины в году отпраздновать летие Киева — города, где даже слои IX века с трудом могут быть интерпретированы как городские см. КОГДА ВОЗНИКЛА КИЕВСКАЯ РУСЬ? Like 2 Show likes. Однако археолог Лев Клейн высоко ценит литературный дар писательскую фантазию Рыбакова:

    240
    28.04.2017
    Комментариев: 0
    • Прекрасно!


    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.